Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
21:33 

now can we please resume saving the world?
Вместо того, чтобы гадить в печную трубу, — писать на дверях мелом «темна вода в облацех». Определённо.

00:59 

now can we please resume saving the world?
Или вот ночь музеев.
Все полутрезвые, по уши в шляпах и перфомансах.
Пока заяц и кошка атакуют объективами балерин, мимов и женщин газетного покроя, работаю для них музой: брожу концентрическими кругами и источаю благость.
Набрела на угол, в котором странные чуваки извлекали звуки из всякого (саксофоны, флексотоны, пивные бутылки и кружки Эсмарха, да). Перед чуваками извивались балерины в сетях. В ногах у балерин несчастно корчились абстракции в чёрном. Возможно, это были души погибших моряков, возможно, грешники девятого круга; а может, они не корчились, а неистово чесались — я не могу определить для себя границы в трактовке современного искусства.
В общем, звук, балерины в сетях, грешники корчатся. Внемлю. Рядом с фотоаппаратом наперевес отступает дивного шарма женщина и говорит, ни к кому конкретно не обращаясь, с тончайшим, нежным сарказмом:
— Мне нравится место, которое они выбрали.
Чуваки, балерины и грешники крутились у бюста Гастелло.
На стене по соседству красноармейцы упрямо освобождали Минск.

23:39 

now can we please resume saving the world?
Чо-то подзаеблась. Но бложек удалять не хочется, стричься идти не хочется, коньяк не хочется, сладкого не хочется. Вон, может, сфотографироваться на фоне ковра и зарегистрироваться вконтакте, не знаю.

12:07 

now can we please resume saving the world?
Примерно раз в два года я топлю печатную машинку. То есть, сжигаю рукопись в триста страниц с одной повторяющейся фразой «All work and no play makes Jack a dull boy». В общем, удаляю бложек. Потом успокаиваюсь и восстанавливаю сам факт бложека, но старые-то записи ухают в бездну яндексовского кэша и молча пялятся оттуда на Ницше.
А потом проходит, например, два года, и в три ночи в аську падает от зайца что-нибудь вроде: «и про блюющую бабочку она тоже, видите ли, запись удалила!»
А что я, у меня тоже ностальгия. В общем, вот трогательная злая запись от лета две тысячи восьмого года. Про блюющую бабочку.

Вообще я себя берегу от влияния массовой культуры. Фильтры контента и всё такое. Но иногда бывает, что просачивается хаос, просачивается.
Например, давеча заяц из каких-то коварных побуждений подсунул ссылку на сообщество любителей докторхауса. Что любитель, любитель - это ещё терпимо, я, может, сам любитель. Могу поворковать в разумных пределах: «волосики седенькие, глазки голубенькие». И всё такое. Но чего я решительно не понимаю, так это стремления вышеупомянутых любителей сношать персонажей в максимально противоестественных композициях. Говорят, это называется слэш, и это уёбищно.
В достопамятные времена Калянски, например, прошёлся по этой теме с присущей ему деликатностью. У меня же деликатность вырабатывается в ограниченных количествах, на всё её не хватает. Поэтому я ещё раз скажу: это уёбищно.
Правда не понимаю, откуда что берётся. Вроде ж не писали, например, юные лилейные барышни девятнадцати лет и такого же века в розовые с рюшечками альбомы лирические зарисовки на тему интимных взаимоотношений, скажем, волконского и безухова или раскольникова и топора.
Так что же сейчас все с ума посходили?
Хотя вообще меня это не очень беспокоит. Ну пишут себе люди херню, ну и пожалуйста. Половина интернета пишет херню (а вторая половина эту херню читает, ну да неважно). Я просто картинку одну увидала давеча. Картинку. Нарисованную хвостом непокорного мула. Комментарий к картинке, правда, провозглашал её шедевром художественной мысли, но не это пугает. На картинке автор стремился изобразить, господипрости, поцелуй хауса и уилсона. В результате получился скорее тест Роршаха, в котором я лично вижу блюющую бабочку. Но блять, зачем вообще такое рисовать. А ведь находятся люди, которые к подобным картинкам оставляют отзывы типа: «Какая пусечка, респект автору».

Короче, «мировая культура в очередной раз насрала мне в душу».

00:37 

now can we please resume saving the world?
Или как тот несчастный средневековый дурак с избитой гравюры, который из безумного любопытства протаранил головой небесную твердь и застрял в ней — задницей к грязному чумному миру, головой к запредельному огню. И если допустить, что и тысячу лет спустя звёзды — тоненькие игольные дырочки в тёмно-синей обёрточной бумаге, то, кажется, от неловкости моей рвётся всё тёмно-синее. А наружу вместо небесного жара прёт изнуряющая тоска — без края и начала, ровно настолько бесконечная, чтобы соответствовать безмерности вселенной.

@темы: in a galaxy far-far away luke has had a lousy day

13:10 

now can we please resume saving the world?
Читать одновременно Павича и Апдайка занятно. В этом как раз единственное проявление вездесущего разделения по Павичу, и то весьма условное: Апдайк, может, и сидит в мужской части зала, но забросил ноги на кресло в женской части и попкорн размашисто швыряет туда же, где в женской половине Павич, кутаясь в шубу, делает вид, что ничего не происходит.
Просто никогда нельзя сказать «люди делятся на два типа» и чахнуть над окончательной классификацией. Может, мир и дробится на две равновеликие части, но прямо сейчас мой мир сфокусирован на том, что я очень хочу чихнуть и не могу. Апдайк вот понимает такие штуки. У него отменный хаос состояний, хаос необъяснимый, но логичный и четкий, как бы странно это не звучало.
Впрочем, еще надо проверить, каковы у Павича не только пьесы, но и повестования. Вдруг через кишочки раскатанной по всей мифологической плоскости Лилит проступит, не знаю, разметка баскетбольной площадки. Мало ли.

@темы: я не успею прочитать 200 книг за год

21:35 

+10.67

now can we please resume saving the world?
«Физика невозможного».
Не могу позволить себе цитировать — не в силах перепечатать всю книгу.

@темы: я не успею прочитать 200 книг за год

12:05 

now can we please resume saving the world?
Как известно, каждый развлекается и морочит себе голову как может.
Я, например:
а) пытаюсь рассматривать человечество с точки зрения математики и логики — и терплю крах, естественно;
б) вспоминаю, в какой серии стартрека или хауса играл вот этот чувак, да, да, тот, третий слева во втором ряду. К слову, может, кроссовки на ногах хоббитов я и не замечала никогда, зато видела, что в x-files один и тот же актёр был расплавлен инопланетянами до пятна на асфальте сначала во втором сезоне, потом в пятом. А всё потому, что в другом сериале он играл себя и собственного праправнука. Ну а что с Канады взять, да. И это я ещё про Lexx ничего не сказала, вот уж где четыре канадских актёра играли пятьдесят человек.
в) цепляюсь к одной какой-нибудь песне, слушаю её, пока она не начнёт с виниловым скрежетом заедать — не в плеере даже, в голове; а потом уже пытаюсь понять, о чём вообще чуваки поют.
Потом — глубоко раскаиваюсь в своих желаниях.

Потому что вот, например, песня:


А вот, например, текст.

И у меня, например, уже глаз тикает от этого текста. Нет, я-то в общих чертах могу понять, о чём тут поётся. А не понять — так придумать, подогнать мораль и метафизику; это дело, хоть и попахивает постмодернизмом, сложности не представляет — но и честности не содержит. Вот хочу честно знать, о чём дословно, построчно песня. И что я наблюдаю с пафосной высоты своей честности? Кошмар, кошмар я наблюдаю.

Вот, допустим, первая строчка.
«ten thousand horses, sable island, endless summer»
Этот безжалостный и беспощадный ассоциативный ряд расшифровывается так.
Sable island — это в Новой Шотландии (Канада! опять Канада, ваа!) Там толпами бегают дикие пони или какие-то другие характерные лошади. Возможно даже все десять тысяч. С бесконечным летом всё понятно.

Но это только первая строчка. А дальше мва-ха-ха вторая.
«oh my god i’m hot to steal, beside myself and friendless, number»
Заяц говорит, что то ли парню слишком жарко, чтобы воровать, то ли он слишком крут для этого. И вообще, мол, бойцовским клубом от этого пахнет.
Но это предположения и запахи, да и пахнет только половина строки. А дальше, дальше-то что, чего у него friendless? Так и тянет исправить на fiendless, но это уже мифологический постмодернизм, а он в другой песочнице.

Так подскажите же мне конкретики перевода, уважаемые чуваки, а то я сейчас приплету сюда дальше по тексту эффект от приёма ЛСД, а на строчке «zoom, kick, persuasion, tech, zoom, kick, persuasion, tech» заявлю, что я — десять тысяч лошадей и начну синхронно лягать пространство сорока тысячами копыт , пытаясь пробиться через «кротовую нору» в другую вселенную, где я лучше знаю английский и где в Канаде актёров хотя бы пять.

23:44 

now can we please resume saving the world?
Мне скучно — без.

02:33 

now can we please resume saving the world?
Герой своего романа и не нашего времени; человек катастрофического идиотизма, прохудившейся нервной системы и пошлой сердечной тоски.

21:50 

now can we please resume saving the world?
Или контролировать белый шум, так чтобы эхо торжества человечества над разумом металось только между девятыми этажами — от окна к окну, как шарик от пинг-понга — и не спускалось ниже. Тут по-прежнему своё морское дно, коралловые рифы, рыбы огибают плечи. Но море нынче тёплое, чистое и прозрачно-лазоревое; и вообще, неспешно дрейфуем к югу искать, где бы упасть за край земли.
И какое-то оно всё в тонком весеннем свете такое красивое, что мне и сказать-то нечего.

01:31 

now can we please resume saving the world?
Всякий раз убеждаюсь: когда говорят «меня никто не любит», это означает «меня не любит кто-то».

И ещё убеждаюсь: если в голове вертится слишком много такого, что можно элегантно размазать словесами по миру, но что по сути сводится к фразе все такие роботы, что просто блять, то нужно выключить, выключить, выключить и лечь спать. Если уж на четыре дня окуклиться не получается.

11:50 

now can we please resume saving the world?
— ...У него два ногтя, это я точно знаю, — говорит один маленький мальчик другому маленькому мальчику.
— А у велоцираптора сколько ногтей?
— А велоцираптор — это как тираннозавр. Только маленький.
— Ну, не такой уж и маленький, — рассудительно замечает второй.

Меня пугает то, что в этот раз Вселенная пытается разговаривать со мной с помощью велоцирапторов.

***

Когда Касперский чуть было не задавил жабу (редкий случай не противоположного процесса), полезла на %sitename%.
А там баннер:


Ясно созерцаю своё будущее: язва, борода (или перекуры для подумать каждые 15 минут — равноценные архетипы как будто), кот по имени Спок. Впрочем, подсознательно я всегда знала, на что иду.

***

Или вот случай был.
Делала как-то раз Настя ремонт в квартире. Мощнейший ремонт — из квартиры унесли всё. То есть, совсем всё. Один бетон кругом.
Унесли из квартиры, значит, всё и оставили так на недели две. Через две недели обнаруживают, что ограбили эту квартиру. То есть как ограбили. Вскрыли дверь и встретились с пустотой.
И в расстройстве украли все лампочки.

12:05 

now can we please resume saving the world?


There's also a Katamari level where everything is just slightly bigger than you, and a Mario level with a star just out of reach.

link

00:44 

now can we please resume saving the world?
Или вот, допустим, еду я каждый день в метро десять остановок.
Вы, когда едете в метро, вы вообще осознаёте, что вы под землёй? Метров тридцать вглубь чудного слоёного пирога из асфальта, канализации, захоронений индейцев — я не очень в курсе, из чего готовят в городе поверхность. Но вот эта куча вещества — и над головой. И каждый день. Это же ненормально. А ещё по трубе ехать. А ведь кто-то эту трубу рыл; и допустим он рыл, рыл, рыл и вдруг понял, что вот он, человечек, вот перед ним земляной такой тупик, толща какой-то кулебяки, а позади него — фонари, техника, рельсы, в общем, здоровая пустая труба. А над головой — те же тридцать метров кулебяки. Он ведь даже не муад-диб, он в лучшем случае какой-то пакман.

Впрочем, на поверхности ничуть не лучше. Потому что если рассудить, то на поверхности — всё равно на дне. Дне воздушного океана пусть, не водяного, но всё равно как-то неуютно. Атмосферный столб давит, груз ответственности перед озоновым слоем, всё такое. Давит на дне океана, а кончается океан — сколькими-то тысячами километров выше, километрами, бррр.

Впрочем, выше океана идёт такой беспредел неконтролируемого пространства, что о нём лучше не распространяться. Главное, не смотри ему в глаза, и помни, оно боится тебя точно так же, как и ты его; как-то так.

А вообще это пост о том, что я очень странно себя чувствую, когда еду в метро совсем такая в платье, а в ушах звучит «пива, счастья, выхода, хлеба, штанов и будущего нет» и другие дивные строчки, а мозг тем временем аккуратно отсекает половину внешнего мира — потому что это логично. При этом единственная картина перед глазами — резвящиеся велоцирапторы и летучие скаты. Ну вот ка-а-ак.

19:29 

now can we please resume saving the world?
То, что день факультета у нас первого апреля, — символизирует.
Кроме того, факультету нынче сорок лет.
Озираюсь: кругом — то ли пустыня, то ли стены Красного моря.

00:26 

now can we please resume saving the world?
Катастрофически не хватает хороших разговоров.

23:38 

now can we please resume saving the world?
Между тем по весне попугай начал скулить.

00:58 

Доступ к записи ограничен

now can we please resume saving the world?
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
01:21 

now can we please resume saving the world?
Выкупала электронную копию фотографии в ателье. Оказывается, теперича получить себе вирус на флэшку стоит три пятьсот.
***
А вот если на столе лежит бумажка с надписью «Викодин!», это означает: не забыть подогнать Зайцу пятый сезон «Друзей».
***
Я не помню, я писала про то, как забыла слово «плебисцит» и пыталась объяснить его через «целибат»? Нет? Так вот, так оно и было.

wizzard

главная