• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
20:12 

now can we please resume saving the world?
В. Успенский, "Апология математики":
«Некоторое представление о том, что думают математики о себе и своей науке, даёт читателю следующая цитата из речи президента XVII [Международного] конгресса [математиков]: "Почему же тогда мы с вами съехались со всех уголков земли? Что нас объединяет? Наверное, то, что мы ценим узоры абстракций и стремимся к порядку, истине и красоте в мире, полном путаницы, обмана и скверны"».

20:04 

now can we please resume saving the world?
К принципу «мы в ответе за тех, кого приручили» можно подойти с двух сторон: либо за тебя в ответе, либо ты в ответе.
Моя рассеянная математическая модель мира настойчиво подталкивает ко второму подходу; пусть будет так.

02:13 

now can we please resume saving the world?
Меня убивает классификация оз.бай. У них в один раздел отнесены наука, техника и медицина. И вот что имеем на выходе:


Там ещё у них есть «100 способов энергетической защиты» и «Целительные мудры». Скорблю.

14:27 

now can we please resume saving the world?
«— Я понял, что надо жениться на богатой. У тебя нет на примете подходящей? Богатой. Больше ничего не нужно. Вообще ничего. Только богатство. И, если можно, чтобы это была женщина».

11:59 

и я не могу молчать.

now can we please resume saving the world?
03.12.2009 в 00:24
Пишет dizay:

внос на разнос
На ночь глядя о весьма и весьма забавном.

В Беларуси начинаются съёмки нового телесериала, радостно читаем мы. Известные актёры, ситуационная комедия, сценарий – от создателей телесериала «Солдаты», ага.

Подробнее:
...Чтобы не раскрывать все карты, очертим главное. «Теоретики» — это история взаимоотношений молодых ученых и блондинки, которая становится объектом всеобщего обожания. А действия разворачиваются в городке атомщиков...
...Та, перед которой гениальность становится неуверенностью, а попытки завязать роман всякий раз обречены на провал: актриса Татьяна Калих играет буфетчицу Наташу. С ролью роковой блондинки справляется без труда...
Дмитрий Танкович и Евгений Сморигин: «Здесь немножко всё гипертрофировано, как и должно быть. У ученых свой маленький мир, в котором они живут, и он очень забавный. И люди они забавные и отличаются от нас всех. Вот, наверное, об этом сериал, о том, какие они добрые, милые и причудливые люди. Они как хомячки в клеточке живут».

И картинки:
читать дальше

URL записи

01:58 

что бы кому бы такое бы.

now can we please resume saving the world?
Читаю «Апологию математики» Успенского. Пока отмечала на полях важные места, стёрся карандаш — а я только на сотой странице.

***

Отмечая отсутствующих, спрашивает:
— А где К.? Где лысый?
К., щеголяя солдатской лысиной, появляется через пятнадцать минут. У него в субботу день рождения; подначиваю скинуться на фен.

***

Выяснили, как по-вьетнамски будут «кошка», «собака» и «сиськи».
Через пять минут забыли, переспрашивать неловко.

02:04 

cквозь нынешний день, не лишённый надежды, и завтрашний выглядит необозримым.

now can we please resume saving the world?
Выпить синего да зелёного цвета — в подводной комнате, да-а-а, там ещё окна затянуты водорослями, и акулам не дотянуться до стёкол. Это что мы хотим, как говорит сосед. Ещё мы хотим читать хорошие книжки, пони, красный галстук и мир во всём мире. Ну как обычно.

Насчёт книжек.
Издалека: на один день рождения мы с соседом подарили зайцу биту в тубусе. Мотивировали: «Потому что в знании — сила».
Вблизи: теперь глубоко в книжках я прячу не знамо почему подаренную мне бутылку вина. И шоколадку. И фотографии. Всё, видимо, на чёрный день. И, видимо, с той же формулировкой, что и для тубуса.

Поняла вдруг, прямо вот сейчас, что испытываю необходимость ставить метки в речах, текстах, понятные двум-трём лишь. Словно проверяю пальцем серебряную ниточку — от человека к человеку, такую, какой рисуют обычно связь между душой и телом. Вот, обычно такая внутри человека, а тут — между двумя человеками. Всё-таки я свела всё к метафизике, ай я молодец.

Предсказуемо час ночи.

02:08 

now can we please resume saving the world?
И в ответ на любые каверзные вопросы орать: «У меня писчебумажный магазин!»

23:48 

now can we please resume saving the world?
Ежепятничный акт веры. Философ тот, чьё неказистое примирение с миром записали и оформили трезво и академично; у меня, положим, тоже есть способ примирения с миром, но я же не возвожу его в ранг науки. Бррр, кажется, я это сегодня и высказала; не помню, меня несло.
***
Меня по-прежнему несёт; закручивает в водоворот — смешно, по спирали, как на картинках про чёрные дыры; на дне водоворота лежит мысль «а дружить — это вообще как?»; бьюсь о мысль зубами. У меня есть друзья. Да. Но в этом нет моей заслуги. Иногда — в час ночи особенно, да — я вообще не чувствую связи с людьми. Как в океане. Торосовые льды над головой. Настольная лампа — уставший глубоководный удильщик. Я в подводной лодке, и в иллюминатор стучит антропоморфная акула (приговаривая: «Шелдон! Шелдон! Шелдон!»). Акуле хочется жрать.

02:08 

now can we please resume saving the world?
Естественно, что более всего людского общества я жажду в час ночи.
***
Что-то же было только что, на границе мыслительного процесса, что-то, за что можно уцепиться, не постыдное, не раздражающее; эх, опять упустила; а что уж, всю жизнь за этим гоняюсь.

***
И вообще хочу:
— быть кем-то;
— быть кем-то для себя;
— быть кем-то для кого-то.
Впрочем, иного в час ночи желать и не приходится.

20:01 

now can we please resume saving the world?
Неожиданно будущее — ещё не наступило; неожиданно что-то хорошее ноет в середине сердца. В общем, как говорится, от хеннесси голова не болит.

04:10 

now can we please resume saving the world?
Три часа ночи; читаю «Белую гвардию». Немыслимо.

22:37 

now can we please resume saving the world?
Последние два часа в припадке футурошока — или взращивания внутреннего ребёнка, или что там у меня абстрактно-заумное кушать просило — читала «Посёлок»; дочитала, с интервалом в пять минут пролистала по кадрам «Перевал» (смотреть мне нельзя, я же себя знаю, рыдать начну), удалила к чёртовой матери (я же опять-таки себя знаю, инчае в пять утра включу и буду мвахаха рыдать).
Ползу в интернеты, думаю, хоть здесь меня напоят злобой. Гляжу, а у александреева две новые картинки из «Кин-Дза-Дзы!»
То есть, пощады мне сегодня нет.

22:21 

now can we please resume saving the world?
Мне очень стыдно, но в процессе чэгэкашного спора я употребила аргумент: «Не звени яйцами».
Но это всё «Зомбилэнд», а я не виноватая.

22:36 

now can we please resume saving the world?
Сосед с размаху воткнул ручку в пачку вафель. Потом носил ту пачку на груди и всем хвастался, что вафли спасли его от пули.

18:22 

now can we please resume saving the world?
«Америка не знает, что будет с ней завтра. Мы знаем и можем с известной точностью рассказать, что будет с нами через пятьдесят лет». "Одноэтажная Америка", Ильф и Петров, 1935 год.

16:28 

now can we please resume saving the world?
В чужих каментах читаю в отрыве от контекста: «Я надавил на оба глаза. Я временно ослеп». Накрыл приступ неконтролируемой радости и мимимизма.
Да, и так бывает.

А на озбае, к слову, кончилась страна багровых туч, и я теперь в печали, потому что в тамошних закладках у меня остались весь Хокинг, чуть-чуть Сагана да нечто под названием «Измеряя мир» (а с этим вообще неловко, там про Гумбольдта и Гаусса, но на обложке написано «представляет Макс Фрай». И что с этим делать?).
Да, ещё Джером. Вся надежда на Джерома.

01:52 

now can we please resume saving the world?
Пока я металась между способами контроля гнева и горя, грудь моя решила, что ей уделяется мало внимания, и требовательно заныла изнутри. Я уж было понадеялась на детскую сентенцию «болит — значит растёт», ан нет. Теперь думаю, что это другая сентенция «болит — значит живое». Типа там у меня сердце, и оно живое такое, большое как у телёнка, ах, ах, размером с пламенный мотор; и болит не за себя не за истину, а за правду.
Впрочем, на парах сегодня раздавали соцопросные бумажки, с не сильно скрытой рекламой студенческо-профсоюзного санатория. Спрашивали, что мы бы там хотели подлечить. Судя по радостному гулу, балкон оживлённо дописывал вариант «печень»; обвела бездумно вариант «нервную систему», а оно потом вона как получается.
Это бззз неспроста. Вселенная как бы намекает «валерьянка на верхней полке в шкафчике».

00:44 

now can we please resume saving the world?
Выбираю себе способ расправы с негативными эмоциями.
Предыдущий — снести половину волос, оставшуюся извалять в хне — морально устарел.
Всякие листы гнева и «биться головою тут» я в негодовании отметаю как мелочные и неэффективные. Это всё равно как если вам на ногу падает кирпич, а вы говорите «к-к-какая неожиданная неприятность».
Плюшевые мишки в качестве боксёрских груш — увольте, это же не денискины рассказы.
Разбить что-нибудь, какую-нибудь мерзкую вазочку — это да, это привлекательно, но во-первых, последующее убирание осколков не вяжется: то есть я вся такая величаво импульсивная в благородном пылающем гневе впечатываю в стенку вазочку, а потом, смущённо погаснув, по-бытовому ползаю с совочком и веником. Диссонанс. А во-вторых, на меня никаких уродливых вазочек не напасёшься.
Топить горе — ну ка-а-ак, абы чем не потопишь, а на не абы что не напасёшься. И вообще, нехорошо это. И так чёткости ума не хватает, а тут ещё это.
Сорваться на ком-нибудь — вообще не обсуждается. Я и так неказистые неприятности говорю непроизвольно; а уж возводить это мерзкое свойство в ранг лекарства — бррр, спаситепомогите.
Купить дартс и швыряться со всей дури дротиками — обои жалко. И мебель. Все и всех жалко, ми-ми-ми.
Мочить монстров бензопилой скучно, на единоборства некогда и не с кем, заедать сладким противно.
В итоге вернулись к волосам и хне.
Хня хнёй получается.

20:28 

now can we please resume saving the world?
Я за спокойное насаждение здравого смысла.

wizzard

главная